«Где нет богатых, там нет и бедных; где никто не владеет слишком многим, там никто не живет в нужде».

Генри Филдинг
Бедность – явление далеко не новое. На протяжении многих столетий мир борется с этой проблемой. В этом году премию по экономике памяти Альфреда Нобеля получила практическая работа за «полевые эксперименты в борьбе с бедностью». Для нашей страны эта тема действительно актуальна, ведь Россия – по-настоящему богатая страна. Однако, дифференциация общества в ней растет с каждым годом.

По какой причине проблему бедности необходимо обсуждать именно сейчас? Какая модель социальной поддержки будет эффективна в России? И что интересного можно будет узнать на конференции второго дня VI Международного форума Финансового университета «Бедность в богатой стране»? На эти и другие вопросы мы попросили ответить руководителя Департамента общественных финансов Финансового университета, канд. экон. наук, доц., Светлану Петровну Солянникову.

– Бедность в России – явление далеко не новое. Как Вы считаете, почему эту проблему необходимо обсуждать именно сейчас?

– Бедность – проблема далеко не новая не только для России, но и для всего мира. Обратите внимание, в целях устойчивого развития борьба с нищетой и ликвидация социального неравенства названы ООН как стратегические цели глобального мирового развития. Российская Федерация продолжает работу в этом направлении. Почему мы решили поговорить об этом именно сейчас? Во-первых, как я уже отметила, это глобальная повестка. Во-вторых, в связи с развитием и широким распространением информационно-коммуникативных технологий в обществе возрастает нетерпимость к социальному расслоению. Почти у каждого из нас есть смартфоны или планшеты, где мы обмениваемся информацией и можем видеть вопиющие проявления нищеты. Они были и раньше, но не были настолько на слуху. Государство не может не обращать на это внимание. Это запрос общества не только в России, но и за рубежом. В-третьих, само государство понимает, что бедность – один из факторов снижения экономического роста. Международные исследования показывают: чем выше уровень социального расслоения и нищеты, тем ниже и менее устойчивы темпы экономического роста. Причем это наиболее характерно для стран с развивающимися экономическими рынками и неустоявшимися экономическими циклами. Россия как раз относится к таким. Совокупность указанных факторов стала толчком к обсуждению данной проблематики. Обратите внимание, Нобелевскую премию по экономике в этом году получили Абхиджит Банерджи, Эстер Дюфло и Майкл Кремер за апробацию практических механизмов борьбы с бедностью и неравенством. И это тоже говорит о многом.

– Как бы Вы могли охарактеризовать современное социально-экономическое состояние нашей страны?

– Россия – это один из примеров, когда в стране с устойчивым поступлением доходов в федеральный и многие региональные бюджеты, высоким уровнем социальной защиты, большими запасами природных ресурсов проживает столько людей, ощущающих себя бедными. Несмотря на большое количество программ, предусматривающих обширный спектр мер в области социальной защиты граждан, бедных не становится меньше. И это парадокс. Обратите внимание на статистику Министерства экономического развития Российской Федерации, Росстата, Банка России, которая свидетельствует о наличии роста денежных доходов населения. Однако само население на фоне такого роста его не чувствует, очень мало граждан относит себя даже к нижней границе среднего класса. Здесь особое место занимают психологические аспекты. По этой причине мы позвали наших коллег, социологов, для совместного обсуждения данной проблемы. Почему рост дохода не приводит к осознанию гражданами себя хотя бы средним классом? Это одна из проблем, в которой мы постараемся разобраться на конференции.

– Согласно концепции социально-экономического развития России от 2008 года за столь длительный период было необходимо увеличить реальные располагаемые доходы населения по итогам 2020 года на 64–72% по сравнению с 2012 годом. Однако если в 2007–2013 годах доходы населения росли (на 22% в общей сложности), то с 2014 года началось их сокращение. Как Вы оцениваете государственные меры по борьбе с бедностью? Можем ли мы говорить об их неэффективности?

– Говорить о неэффективности мер государственной поддержки достаточно сложно. Сами по себе показатели оценки достижения целей и задач государственных проектов часто сформулированы так, что не всегда можно количественно оценить достигнутый результат. Кроме того, не всегда этот результат в полной мере зависит от органов государственной власти, часто у нас отсутствует статистическая информация для объективной оценки эффективности мер финансовой государственной поддержки. Если мы посмотрим на статистические формы Росстата, характеризующие количественные параметры социальной поддержки граждан в России, то увидим, что этой информации недостаточно для оценки всех видов социальных выплат населению. Есть выплаты как в натуральном выражении, так и по отдельным группам населения, а существуют еще и социальные выплаты коммерческих организаций!.. Мы их не всегда можем оценить по данным статистической отчетности. По этой причине, когда говорят о неэффективности социальной помощи населению, часто речь идет о частично субъективных и косвенных оценках, за которыми не всегда стоят достоверные статистические измерения и наблюдения. Росстат сейчас пытается перестроить систему статистических наблюдений, формы, показатели, чтобы можно было оценить, как меняется уровень доходов населения, насколько эффективна система мер социальной помощи. Это очень серьезная работа. Государство много делает для решения проблемы бедности, но мы должны понимать, что часть полномочий закреплена за субъектами федерации и муниципальными образованиями, т.е. совокупный эффект зависит и от их работы. Проблема борьбы с бедностью, прежде всего, мировая. В обществе все чаще обсуждают вопрос: «А кто вообще должен являться получателем социальных выплат, в какой форме должна оказываться поддержка»? По этой причине в мире, например, в Великобритании, предпринимаются попытки перейти на выплату универсальных пособий. Финляндия пытается использовать базовый безусловный доход в рамках реформирования системы социальной защиты граждан. Каждая страна ищет свою модель, способную повысить эффективность мер социальной поддержки, снизить уровень бедности и не превратить меры этой поддержки в антистимулы к труду.


– Какая тогда модель социальной поддержки, на ваш взгляд, наиболее благоприятна для нашей страны?

– У нас уникальная территориальная протяженность страны. В этой связи необходимо учитывать высокий уровень дифференциации социально-экономического развития субъектов Российской Федерации. Поэтому готовых, одинаковых рецептов для всех субъектов федерации нет. Думаю, нам нужна инвентаризация мер социальной поддержки граждан для того, чтобы они не распылялись: большое количество не говорит об их эффективности. Необходимо думать о выявлении и учете всех нуждающихся, о наблюдении за их доходами и поведением, инвентаризации программ социальной помощи. Здесь важно четкое определение по каждому виду социального риска, уровня и порядка замещения заработка формами социальной поддержки. Но, опять же, мы все время должны учитывать факт того, что меры социальной поддержки бедных слоев населения не должны снижать стимулы к труду, как это происходит в Европе.

– Что нового у Вас получится привнести в изучение этой темы?

– Во-первых, мы планируем как отдельный блок рассмотреть вопросы реализации национальных проектов, программ федерального и регионального уровней по борьбе с бедностью и социальным неравенством. К нам в гости придет Николай Аркадьевич Бегчин, директор Департамента программно-целевого планирования и эффективности бюджетных расходов Министерства финансов Российской Федерации. Мы хотим предложить собственные подходы к оценке понятия бедность. А что вообще считать бедностью? Этот вопрос кажется избитым, но с другой стороны бедность – комплексное понятие, это не только размер располагаемых денежных доходов. Это еще и ограниченный доступ к социальным услугам, таким как образование и здравоохранение, доступ к финансовым и производственным активам и т.д. Это мы как раз и хотим обсудить с представителем Минфина России. Во-вторых, как я уже говорила мы хотим рассмотреть психологический аспект данного понятия. Портрет бедного человека, какой он? В этой связи нам интересно будет пообщаться с представителями РАН и нашими социологами. В-третьих, Карл Юстас Бернард Ноймэркер и Энно Щмидт, специалисты из Фрайбургского университета – опорной точки континентальной Европы по исследованию проблем бедности, помогут нам познакомиться с современным зарубежным опытом социальной защиты граждан. Хотелось бы понять, как за рубежом оценивают эксперименты по использованию универсального пособия, базового безусловно дохода в борьбе с бедностью и социальным неравенством, понять, насколько это применимо в России и как это может исследоваться.

– Каких итогов Вы ожидаете от конференции?

– Мы, конечно, хотели бы подготовить аналитические рекомендации для Министерства финансов Российской Федерации и Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации. Кроме того, мы планируем обсудить программу совместных научных исследований Финуниверситета и Фрайбургского университета.

19 ноября 2019 / Финансовый университет

Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации, 2019

| Пользовательское соглашение | Политика конфиденциальности |
Made on
Tilda